«Минувшее проходит предо мною…» (образ Ивана Грозного и эпоха его царствования в русской литературе).

Цель: помочь учащимся глубже осмыслить образ Ивана Грозного и время его правления перед изучением «Песни про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» М. Ю. Лермонтова.

Задачи:

1. актуализировать знания учащихся об Иване Грозном и эпохе его царствования;

2. развить умение учащихся видеть особенности того времени в творчестве различных мастеров слова и живописи;

3. формировать умение учащихся самостоятельно подбирать, систематизировать, сопоставлять материал, размышлять, высказывать свои суждения.

Оборудование: портреты Дм. Кедрина, А. К. Толстого; тексты художественных произведений; компьютер, проектор, экран.

Домашнее задание к уроку:

1. подготовить краткий рассказ об эпохе царствования Ивана Грозного;

2. подготовить пересказ нескольких преданий об Иване Грозном;

3. подготовить презентацию «В. М. Васнецов и его картина «Иван Грозный».

Ход урока:

1. Вступительное слово учителя.

В 5-6 классах мы познакомились с несколькими произведениями на темы русской истории. Среди них – отрывки из «Повести временных лет» о походах князей Игоря, Святослава, Владимира, из «Повести о разорении Рязани Батыем» («Евпатий Коловрат»), сказание о Никите Кожемяке, патриотическое стихотворение Лермонтова «Бородино». В этих и многих других произведениях показано, как русский народ, принося неисчислимые жертвы, добивался достойного места среди других племен и народов, отражал вражеские нашествия, защищая свою независимость и свободу. А такие произведения, как «Песнь о вещем Олеге» А. С. Пушкина, воспроизводили быт и нравы нашего далекого прошлого. Но рядом с героическими в русской истории было немало тяжелых и даже страшных страниц.

Мы вступаем во времена царствования Ивана Грозного (1547 – 1548), оставшиеся навеки в памяти народной и своим величием, и своим трагизмом.

2. Реализация индивидуального домашнего задания.

Строки истории: «Московская Русь в эпоху Ивана Грозного».

Материал для выполнения задания № 1.

Московская Русь в эпоху Ивана Грозного

Иван IV Грозный вступил на престол трехлетним мальчиком (1533). Семнадцатилетним юношей (1547), впервые в русской истории венчавшись на царство, он начал править самостоятельно. В июне того же года грандиозный пожар спалил едва ли не всю Москву; восставшие горожане явились к царю в село Воробьеве с требованием покарать виновных. «Страх вошел в душу мою и трепет в кости мои», — писал позднее Иван. Между тем от царя многого ждали: годы его малолетства, особенно после смерти матери, Елены Глинской, прошли в тяжкой атмосфере вражды боярских группировок, заговоров и тайных убийств. Жизнь поставила перед ним сложные задачи. Процесс создания единого Российского государства в основном завершился. Необходимо было его централизовать — создать единую систему центральных и местных органов управления, утвердить единое законодательство и суд, войско и налоги, преодолеть унаследованные от прошлого различия между отдельными районами страны. Предстояло осуществить важные внешнеполитические мероприятия, направленные на обеспечение безопасности южных, восточных и западных рубежей России.

Первый период царствования Ивана IV — до конца 50-х гг. — прошел под знаком деятельности Избранной рады, кружка ближайших советников и единомышленников царя — костромского помещика А. Адашева, князя А. Курбского, митрополита Макария, протопопа Сильвестра, дьяка И. Висковатого и др. Направление преобразований определялось стремлением к централизации, а их дух — созывом в 1549г. первого в русской истории органа представительства различных социальных слоев (боярство, духовенство, дворянство, служилые люди и др.) — Земского собора. Собор 1549 г. историки называют «собором примирения»: бояре клялись подчиняться во всем царю, царь обещал забыть прежние обиды. До конца 50-х гг. были осуществлены следующие реформы: принят новый Судебник (1550), призванный стать основой единой правовой системы в стране; отменены кормления (порядок, при котором бояре-наместники жили за счет средств, собираемых в их пользу с подвластных территорий); обрела стройность система государственного управления через приказы — центральные органы исполнительной власти (Разрядный, Посольский, Стрелецкий, Челобитный и др.); было ограничено местничество (принцип занятия должностей по знатности происхождения); создано стрелецкое войско, вооруженное огнестрельным оружием; принято «Уложение о службе», укрепившее поместную дворянскую армию; изменен порядок налогообложения — установлена единица налогообложения («соха») и размер взимаемых с нее повинностей («тягло»). В 1551 г. Церковный Собор принял «Стоглав» — документ, регулировавший деятельность церкви и направленный на унификацию (установление единства) обрядов.

Успех реформаторских усилий подкрепили внешнеполитические удачи. В 1552г. было завоевано Казанское, а в 1556г.— Астраханское ханства. В конце 50-х гг. признала свою зависимость Ногайская Орда. Существенный территориальный рост (почти в два раза), безопасность восточных границ, предпосылки для дальнейшего продвижения в Приуралье и Сибирь были важными достижениями Ивана IV и Избранной рады.

С конца 50-х гг., однако, отношение царя к планам своих советников и к ним лично изменилось. В 1560 г. охлаждение обрело форму вражды. О причинах можно только догадываться. Иван IV мечтал об истинном «самодержавстве», влияние и авторитет сподвижников, имевших и к тому же отстаивавших собственное мнение, его раздражали. Разногласия по вопросу о Ливонской войне стали последней каплей, переполнившей чашу: в 1558 г. была объявлена война Ливонскому ордену, владевшему Прибалтийскими землями. Вначале все шло успешно, орден распался, но его земли достались Литве, Польше и Швеции, с которыми России пришлось воевать до 1583 г. К середине 60-х гг. трудности начавшейся войны выявились со всей очевидностью, военная ситуация складывалась не в пользу России. В 1565 г. Иван Грозный выехал из Москвы в Александровскую слободу, потребовал казни изменников и объявил об учреждении особого удела — опричнины (от слова «опричь» — вне, кроме). Так началась новая эпоха в истории его царствования — кровавая и жестокая. Страну разделили на опричнину и земщину, с собственными Боярскими думами, столицами, войском. Власть, притом бесконтрольная, осталась при этом в руках Ивана Грозного. Важная черта опричнины — террор, обрушившийся и против древних боярских родов (князь Владимир Старицкий), и против духовенства (митрополит Филипп, архимандрит Герман), и против дворян, и против городов (погром в Новгороде зимой 1569/70 г., террор в Москве летом 1570г.). Летом 1571 г. крымский хан Дев-лет-Гирей сжег Москву: опричное войско, которое безумствовало в грабежах и разбое, проявило полную военную несостоятельность. На следующий год Иван Грозный отменил опричнину и даже запретил употреблять это слово впредь.

Покорив Казанское и Астраханское ханства, начав покорение Сибири, Иван Грозный в течение четверти века вел Ливонскую войну против Швеции, Польши и Великого княжества Литовского за выход России к Балтийскому морю, которая, несмотря на отчаянные усилия царя, мужество воинов (например, во время обороны Пскова в 1581 г.), завершилась потерей всех завоеваний в Ливонии и Белоруссии (Ям-Запольское перемирие с Польшей 1582г. и Плюсский мир со Швецией 1583 г.). Опричнина ослабила военную мощь России. Была разорена экономика страны, для удержания бежавших от насилия и невыносимых налогов крестьян были приняты законы о заповедных годах, отменявшие правило Юрьева дня и запрещавшие крестьянам менять своих хозяев. Убив собственноручно старшего сына, самодержец обрек страну и на династический кризис.

3. Работа над образом Ивана Грозного.

Задание № 1. Составьте свое представление об Иване Грозном (каким предстает перед вами царь, как бы вы его охарактеризовали).

Работа проводится с использованием текста нескольких преданий об Иване Грозном (реализация индивидуального домашнего задания - пересказ) и «Истории государства Российского» Н. М. Карамзина (текст читает учитель).

Материалы для выполнения задания № 2.

Наказание Волги

Стала одолевать неверная сила народ христианский, и собрался войной на врагов сам царь Иван Грозный. Повел он за собой войско большое. Надо было переправляться им за реку Волгу. Сперва переехал на тот берег царь и стал ждать переправы войска сели солдаты на лодки и отплыли от берега. Вдруг Волга начала бурлить, и пошли по ней валы за валами страшные…

Видит Грозный-царь с берега, что утопит все его воинство, - и крикнул он громким голосом:

- Не дури, река, а то худо будет!

Не унималась Волга, еще сильнее заволновалась.

- Палача сюда! – крикнул царь. – Вот я тебя проучу.

Пришел палач, и велел ему царь сечь реку кнутом. Взял кнут палач, разбежался да как свистнет по Волге – вдруг кровь воды вверх брызнула и лег на воде кровяной рубец в палец толщиной. Потише пошли волны по реке, а царь кричит:

- Не жалей, давай сильнее!

Разбежался палач дальше прежнего и ударил сильнее – кровь брызнула еще выше и рубец лег толще. После третьего удара кровь брызнула на три аршина и рубец оказался пальца в три толщиной – совсем успокоилась тогда Волга.

- Довольно, - сказал Грозный-царь, - вот как вас надо учить!

После того благополучно переправилось через реку все войско, и ни один солдат не утонул. И теперь, говорят, на том месте, где была переправа, видятна Волге три кровяных рубца, особенно летним вечером, если взглянешь против солнца, когда оно садится за горы.

Приехал царь Грозный в Новгород…

Еще до наших дедов был царь Грозный, Иван Васильевич. Приехал царь Грозный в Новгород, пошел к Софии. Стоит Иван-царь, богу молится; толко глядит – за иконой бумага виднеется. Он взял ту бумагу – и страшно рассердился. А какая та бумага была, никто не знает. Как распалился Грозный-царь и велел народ бросать в Волхов.

Стал Грозный на берегу, стали народ в Волхов бросать: возьмут двух, сложат спина к спине, руки свяжут да так в воду и бросят. Как в воду, так и на дно. Набросали на роду на двенадцать верст. Там народ остановился, не идет дальше, нельзя Грозному народ больше бросать! Послал он посмотреть за двенадцать верст – отчего народ мертвый вниз не идет. Сходили, посмотрели, говорят царю:

- Мертвый народ стеной стал.

- Давай коня! – закричал царь.

Подали царю коня. Царь сел на коня и поскакал за двенадцать верст. Смотрит – мертвый народ стеной стоит, дальше не идет.

В это самое время стал огонь из земли кругом Грозного выступать. Поскакал Иван Васильевич прочь – огонь за ним. Он скачет дальше – огонь все кругом.! С тех пор Волхов не замерзает в том месте, где Иван Грозный народ бросал: со дна Волхова то народ теплом греет… А где народ остановился за двенадцать верст, там Хутынский монастырь царь поставил..

Из «Истории государства Российского» Н. М. Карамзина

Иоанн имел разум превосходный, но не чуждый образования и сведений, соединенный с необыкновенным даром слова, чтобы бесстыдно раболепствовать гнуснейшим похотям.Имея редкую память, знал наизусть Библию, историю греческую, римскую, нашего отечества, чтобы нелепо толковать их в пользу тиранства; хвалился твердосию и властию над собой, умея громко смеяться в часы страха и беспокойства внутреннего; хвалился милостию и щедростию, обогащая любимцев достоянием опальных бояр и граждан; хвалился правосудием, карая вместе, с равным удовольствием, и заслуги и преступления; хвалился духом царским, соблюдением державной чести, велев изрубить присланного из Персии в Москву слона, не хотевшего стать перед ним на колена,и жестоко наказывая бедных царедворцев, которые смели играть лучше державного в шашки или в карты; хвалился наконец глубокою мудростию государственною, по системе, по эпохам, с каким-то хладнокровным размером истребляя знаменитые роды, будто опасные для царской власти. «…» И если иго Батыево унизило россиян, то, без сомнения, не возвысило его и царствование Иоанново.

Но отдадим справедливость и тирану. Иоанн в самых крайностях зла является как бы призраком великого монарха, ревностный, неутомимый, часто проницательный в государственной деятельности; «…» в политике внешней неуклонно следовал великим намерениям своего деда ( Василия III); любил правду в судах, сам нередко разбирал тяжбы, выслушивал жалобы, читал всякую бумагу, решал немедленно; казнил утеснителей народа, сановников бессовестных, лихоимцев, телесно и стыдом; «…» не терпел гнусного пьянства. «…» Не любя смелой укоризны, Иоанн не любил иногда и грубой лести. «…»

Задание № 2. Словесное рисование: если бы вам пришлось написать портрет Ивана Грозного, каким бы вы его изобразили?

Задание № 3. Давайте посмотрим, как это сделал В. М. Васнецов (реализация индивидуального домашнего задания – презентация «В. М. Васнецов «Царь Иван Васильевич Грозный») Приложение 1.

Материалы для выполнения задания № 3.

В. М. Васнецов. Картина «Царь Иван Васильевич Грозный»

Виктор Михайлович Васнецов - один из самых знаменитых русских художников XIX века. Он говорил, что «всегда был убежден, что [...] в сказках, песне, былине, драме сказывается весь цельный облик народа, внутренний и внешний, с прошлым и настоящим, а может быть, и будущим». В силу этого его называли "истинным богатырем русской живописи", так как именно этот Васнецов - автор "Алёнушки", "Богатырей", "Ивана-Царевича на Сером Волке" - первым среди живописцев обратился к былинно-сказочным сюжетам.

«Я только Русью и жил» - эти слова художника характеризуют смысл и значение его творчества. Имя Виктора Михайловича Васнецова — одно из самых известных и любимых среди имен русских художников. Его твopчeское наследие интересно и многогранно. Талант живописца проявился во всех областях изобразительного искусства. Картины бытового жанра и поэтические полотна на сюжеты русских народных сказок, легенд, былин; иллюстрации к произведениям русских писателей и эскизы театральных декораций; портретная живопись и орнаментальное искусство; росписи на исторические сюжеты и архитектурные проекты — таков творческий диапазон художника.

Кисти В. М. Васнецова принадлежит и картина «Царь Иван Васильевич Грозный», которая была написана вскоре после окончания работы во Владимирском соборе в Киеве. По словам Васнецова, образ Ивана Грозного завладел им еще в 1878 году. Как вспоминала его жена, когда они перебрались в Москву, художник любил бродить по старым московским улочкам. А возвратившись домой, часто говорил: «Сколько я чудес видел!». Перед собором Василия Блаженного не мог сдержать слез. Увиденное и пережитое вызрело в картину «Царь Иван Васильевич Грозный», задуманную на рубеже 1880-х гг., а исполненную в 1897 г.

«Не знаю отчего, - рассказывал он, - но при осмотрах памятников старины, которой мы, художники, поселясь в древней столице интересовались, перед нами всегда вставала тень Ивана Грозного. Бродя по Кремлю, я как бы видел Грозного в узких лестничных переходах и коридорах храма Василия Блаженного, слыхал поступь его шагов, удары посоха, его властный гoлoc».

Царь у Васнецова - умный и коварный, грозный и мудрый, одинокий и величественный одновременно. Художник опирался в своей характеристике царя на суждения о нем современников и на психологический портрет Ивана Грозного историка Василия Ключевского. Им убедительно представлен крупный характер, сильная личность, что соответствовало как правде истории, так и поэтическим преданиям о грозном царе. «Он ступал медленно, мелким шагом, как-то размашисто, с громким стуком передвигая посох. В дверях остановился, хмуро и пристально вглядываясь в стоявшую перед ним на коленях толпу простолюдинов. Сам – высокий, слегка сутулый, сухой, с желтым морщинистым лицом. Большой крючковатый заостренный нос и жесткая молчаливость его стиснутых губ вместе со всей мрачной осанкой его фигуры приводили в сильный испуг впервые видевших его. Его взгляд пытлив и проницателен, он как бы пронизывает все насквозь, в глазах читается острый ум и напряженная мысль. На нем надет опашень из тисненного бархата, украшенный серебряными пуговицами с самоцветными каменьями. Из-под ворота выступает меховой стоячий воротник. На ногах – расшитые сапожки, на голове - круглая шапочка, тафья, которую носили дома. В левой руке царя – разукрашенный посох с набалдашником из слоновой кости и с острым наконечником, в правой – четки».

На портрете, слева, художник изобразил окно в царских палатах, из узкого закругленного проема которого видна слободская улица Москвы с шатровой колоколенкой и островерхими крышами деревянных домов. Эмоционально-лирическая нота, звучащая в этом пейзаже, оживляет общее гретущее настроение картины. «Окно в реальный мир» переносит наше воображение в точно обозначенное историческое время, служит дополнительным фактором для его характеристики.

Фигура царя занимала почти все полотно. Иван Грозный, oдeтый в парчовый опашень, в шапочке с образками, в шитых рукавицах, спускался по крутой лестнице. Его облик был величественен, лицо выражало волю, большой ум и в то же время - подозрительность, озлобленность и гнев. Строго выдержанная цветовая гамма картины создавала впечатление монументальности.

4. Знакомство с текстами художественных произведений.

О том, какие нравы царили и насаждались в XVI веке, свидетельствует «Домострой» - литературный памятник того времени, содержащий наставления, поучения и правила, которыми должен был руководствоваться благочестивый человек.

В книге можно было прочитать: «Царя бойся и служи ему верою и всегда о нем Бога моли и ложно отнюдь не глаголи (не говори) пред ним; но с покорением истину отвещай ему, яко самому Богу, и во всем повинуйся ему. Обидим (обиженный) не мсти; хулим (обвиненный) моли; зла на зло не воздавай; согрешающая (грешащих) не осуждай… Подобает поучити мужем (мужьям) жен своих с любовию и благорассудным наказанием; жены мужей своих вопрошают о всяком благочинии – како душу спасти, Богу и мужу угодити и дом свой добре строити и во всем ему покорятися; и что муж накажет, то с любовию принимати и со страхом внимати, и творити по его наказанию (т.е. по указанию мужа)».

А теперь обратимся к творчеству писателей, силой своего воображения восстановивших для нас XVI век.

А. К. Толстой «Василий Шибанов». Приложение 2.

Дм. Кедрин «Зодчие». Приложение 3.

5. Подведение итогов (рефлексия).

- Какая тема, какие мысли объединяют рассмотренные на уроке произведения?

- Какие признаки эпохи царствования Ивана Грозного отражены в произведениях?

- Что, по-вашему, может быть интересно в этих произведениях нашему современнику?

6. Домашнее задание.

Прочитать «Песню про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» М. Ю. Лермонтова.

Приложение 2

Алексей Толстой

ВАСИЛИЙ ШИБАНОВ

В один из тяжелых периодов Ливонской войны, когда русские терпели поражения, на сторону врага перешел воевода князь Курбский. Поселившись в Литве, он отправил Ивану Грозному несколько посланий, в которых обвинял царя в деспотизме и неудачном ведении боевых действий. Он принял также участие в войне против России.

К этим историческим событиям обратился в своей балладе «Василий Щибанов» поэт А. К. Толстой. Как всякое художественное произведение, баллада А. Толстого не буквально воспроизводит факты жизни: передавая дух эпохи и особенности характеров исторических лиц, она разрабатывает вымышленный сюжет. В балладе, в частности, упоминаются опричники; на самом деле Курбский бежал из России еще до введения опричнины. Не установлено, был ли Василий Шибанов, слуга князя Курбского, пойман в Литве и привезен в Москву, или его послал с письмом к царю Курбский (источники сообщают об этом по-разному).

Князь Курбский от царского гнева бежал,

С ним Васька Шибанов, стремянный.

Дороден был князь, конь измученный пал —

Как быть среди ночи туманной?

Но рабскую верность Шибанов храня,

Свого отдает воеводе коня:

«Скачи, князь, до вражьего стану,

Авось я пешой не отстану!»

И князь доскакал. Под литовским шатром

Опальный сидит воевода;

Стоят в изумленье литовцы кругом,

Без шапок толпятся у входа,

Всяк русскому витязю честь воздает,

Недаром дивится литовский народ,

И ходят их головы кругом:

«Князь Курбский нам сделался другом!»

Но князя не радует новая честь,

Исполнен он желчи и злобы;

Готовится Курбский царю перечесть

Души оскорбленной зазнобы:

«Что долго в себе я таю и ношу,

То всё я пространно к царю напишу,

Скажу напрямик, без изгиба,

За все его ласки спасибо!»

И пишет боярин всю ночь напролет,

Перо его местию дышит;

Прочтет, улыбнется, и снова прочтет,

И снова без отдыха пишет,

И злыми словами язвит он царя,

И вот уж, когда залилася заря,

Поспело ему на отраду

Послание, полное яду.

Но кто ж дерзновенные князя слова

Отвезть Иоанну возьмется?

Кому не люба на плечах голова,

Чье сердце в груди не сожмется?

Невольно сомненья на князя нашли...

Вдруг входит Шибанов, в поту и в пыли:

«Князь, служба моя не нужна ли?

Вишь, наши меня не догнали!»

И в радости князь посылает раба,

Торопит его в нетерпенье:

«Ты телом здоров, и душа не слаба,

А вот и рубли в награжденье!»

Шибанов в ответ господину: «Добро!

Тебе здесь нужнее твое серебро,

А я передам и за муки

Письмо твое в царские руки!»

Звон медный несется, гудит над Москвой;

Царь в смирной одежде трезвонит;

Зовет ли обратно он прежний покой

Иль совесть навеки хоронит?

Но часто и мерно он в колокол бьет,

И звону внимает московский народ

И молится, полный боязни,

Чтоб день миновался без казни.

В ответ властелину гудят терема,

Звонит с ним и Вяземский лютый,

Звонит всей опрични кромешная тьма,

И Васька Грязной, и Малюта,

И тут же, гордяся своею красой,

С девичьей улыбкой, с змеиной душой,

Любимец звонит Иоаннов,

Отверженный Богом Басманов.

Царь кончил; на жезл опираясь, идет,

И с ним всех окольных собранье.

Вдруг едет гонец, раздвигает народ,

Над шапкою держит посланье.

И спрянул с коня он поспешно долой,

К царю Иоанну подходит пешой

И молвит ему, не бледнея:

«От Курбского, князя Андрея!»

И очи царя загорелися вдруг:

«Ко мне? От злодея лихого?

Читайте же, дьяки, читайте мне вслух

Посланье от слова до слова!

Подай сюда грамоту, дерзкий гонец!»

И в ногу Шибанова острый конец

Жезла своего он вонзает,

Налег на костыль — и внимает:

«Царю, прославляему древле от всех,

Но тонущу в сквернах обильных!

Ответствуй, безумный, каких ради грех

Побил еси добрых и сильных?

Ответствуй, не ими ль, средь тяжкой войны,

Без счета твердыни врагов сражены?

Не их ли ты мужеством славен?

И кто им бысть верностью равен?

Безумный! Иль мнишись бессмертнее нас,

В небытную ересь прельщенный?

Внимай же! Приидет возмездия час,

Писанием нам предреченный,

И аз, иже кровь в непрестанных боях

За тя, аки воду, лиях и лиях,

С тобой пред судьею предстану!»

Так Курбский писал Иоанну.

Шибанов молчал. Из пронзенной ноги

Кровь алым струилася током,

И царь на спокойное око слуги

Взирал испытующим оком.

Стоял неподвижно опричников ряд;

Был мрачен владыки загадочный взгляд,

Как будто исполнен печали,

И все в ожиданье молчали.

И молвил так царь: «Да, боярин твой прав,

И нет уж мне жизни отрадной!

Кровь добрых и сильных ногами поправ,

Я пес недостойный и смрадный!

Гонец, ты не раб, но товарищ и друг,

И много, знать, верных у Курбского слуг,

Что выдал тебя за бесценок!

Ступай же с Малютой в застенок!»

Пытают и мучат гонца палачи,

Друг к другу приходят на смену.

«Товарищей Курбского ты уличи,

Открой их собачью измену!»

И царь вопрошает: «Ну что же гонец?

Назвал ли он вора друзей наконец?»

— «Царь, слово его всё едино:

Он славит свого господина!»

День меркнет, приходит ночная пора,

Скрипят у застенка ворота,

Заплечные входят опять мастера,

Опять зачалася работа.

«Ну, что же, назвал ли злодеев гонец?»

— «Царь, близок ему уж приходит конец,

Но слово его все едино,

Он славит свого господина:

"О князь, ты, который предать меня мог

За сладостный миг укоризны,

О князь, я молю, да простит тебе бог

Измену твою пред отчизной!

Услышь меня, боже, в предсмертный мой час,

Язык мой немеет, и взор мой угас,

Но в сердце любовь и прощенье —

Помилуй мои прегрешенья!

Услышь меня, боже, в предсмертный мой час,

Прости моего господина!

Язык мой немеет, и взор мой угас,

Но слово мое все едино:

За грозного, боже, царя я молюсь,

За нашу святую, великую Русь —

И твердо жду смерти желанной!”»

Так умер Шибанов, стремянный.

1840-е

Приложение 3

Дм. Кедрин

Зодчие

В 1938 году Дм. Кедрин написал самое свое знаменитое стихотворение «Зодчие», под влиянием которого Андрей Тарковский создал фильм «Андрей Рублев». «Страшная царская милость» - выколотые по приказу Ивана Грозного глаза творцов Василия Блаженного.

1Как побил государь

Золотую Орду под Казанью,

Указал на подворье своё

Приходить мастерам.

И велел благодетель, -

Гласит летописца сказанье, -

В память оной победы

Да выстроят каменный храм.

2

И к нему привели

Флорентийцев,

И немцев,

И прочих

Иноземных мужей,

Пивших чару вина в один дых.

И пришли к нему двое

Безвестных владимирских зодчих,

Двое русских строителей,

Статных,

Босых,

Молодых.

3

Лился свет в слюдяное оконце,

Был дух вельми спёртый.

Изразцовая печка.

Божница.

Угар и жара.

И в посконных рубахах

Перед Иоанном Четвёртым,

Крепко за руки взявшись,

Стояли сии мастера.

4

- Смерды!

Можете ль церкву сложить

Иноземных пригожей?

Чтоб была благолепней

Заморских церквей, говорю? -

И, тряхнув волосами,

Ответили зодчие:

- Можем!

Прикажи, государь! -

И ударились в ноги царю.

5

Государь приказал.

И в субботу на вербной неделе,

Покрестясь на восход,

Ремешками схватив волоса,

Государевы зодчие

Фартуки наспех надели,

На широких плечах

Кирпичи понесли на леса.

6

Мастера выплетали

Узоры из каменных кружев,

Выводили столбы

И, работой своею горды,

Купол золотом жгли,

Кровли крыли лазурью снаружи

И в свинцовые рамы

Вставляли чешуйки слюды.

7

И уже потянулись

Стрельчатые башенки кверху.

Переходы,

Балкончики,

Луковки да купола.

И дивились учёные люди,

Зане эта церковь

Краше вилл италийских

И пагод индийских была!

8

Был диковинный храм

Богомазами весь размалёван,

В алтаре, и при входах,

И в царском притворе самом.

Живописной артелью

Монаха Андрея Рублёва

Изукрашен зело

Византийским суровым письмом...

9

А в ногах у постройки

Торговая площадь жужжала,

Торовато кричала купцам:

- Покажи, чем живёшь! -

Ночью подлый народ

До креста пропивался в кружалах,

А утрами истошно вопил,

Становясь на правёж.

10

Тать, засеченный плетью,

У плахи лежал бездыханно,

Прямо в небо уставя

Очёсок седой бороды,

И в московской неволе

Томились татарские ханы,

Посланцы Золотой,

Перемётчики Чёрной Орды.

11

А над всем этим срамом

Та церковь была -

Как невеста!

И с рогожкой своей,

С бирюзовым колечком во рту, -

Непотребная девка

Стояла у Лобного места

И, дивясь,

Как на сказку,

Глядела на ту красоту...

12

А как храм освятили,

То с посохом,

В шапке монашьей,

Обошёл его царь -

От подвалов и служб до креста.

И, окинувши взором

Его узорчатые башни,

- Лепота! - молвил царь.

И ответили все: - Лепота!

13

И спросил благодетель:

- А можете ль сделать пригожей,

Благолепнее этого храма

Другой, говорю? -

И, тряхнув волосами,

Ответили зодчие:

- Можем!

Прикажи, государь! -

И ударились в ноги царю.

14

И тогда государь

Повелел ослепить этих зодчих,

Чтоб в земле его

Церковь

Стояла одна такова,

Чтобы в Суздальских землях

И в землях Рязанских

И прочих

Не поставили лучшего храма,

Чем храм Покрова!

15

Соколиные очи

Кололи им шилом железным,

Дабы белого света

Увидеть они не могли.

И клеймили клеймом,

Их секли батогами, болезных,

И кидали их,

Тёмных,

На стылое лоно земли.

16

И в Обжорном ряду,

Там, где заваль кабацкая пела,

Где сивухой разило,

Где было от пару темно,

Где кричали дьяки:

- Государево слово и дело! -

Мастера Христа ради

Просили на хлеб и вино.

17

И стояла их церковь

Такая,

Что словно приснилась.

И звонила она,

Будто их отпевала навзрыд,

И запретную песню

Про страшную царскую милость

Пели в тайных местах

По широкой Руси

Гусляры.

1938